Мошес: «Попытка Лукашенко усидеть на нескольких стульях привела к тому, что он оказался между стульев»

Александр Лукашенко спустя сутки прокомментировал трагедию с беларуским автобусом в Брянске. Он заявил, что беспилотник, атаковавший автобус, украинский, но при этом беларуская сторона «не торопится делать какие-то выводы» и «ждет честного ответа» от украинской стороны.

Также правитель подчеркнул, что «если нас кто-то провоцирует и пытается втянуть в войну, думаю, что это плохо обойдется тем, кто пытается это сделать».

— То, что Лукашенко понадобились сутки, чтобы как-то отреагировать, это важное обстоятельство. Ситуация выглядит так, что он либо не знал, что в реальности произошло, либо, наоборот, знал, но не представлял, что в этой ситуации сказать, — комментирует «Филину» реакцию Лукашенко Аркадий Мошес.

— Можно согласиться с Лукашенко, что конспирологических теорий может быть сколько угодно. Есть базовый постулат, что первая жертва войны — это правда. Мы видим, что обе стороны ко всему прочему ведут информационную войну.

Сначала в большей степени отличались россияне, начиная с захвата Крыма и выступления сепаратистов в донбасских образованиях, когда русские говорили, что их там нет, это не они. Задача такой реакции, мол, «нас там нет, это не мы» — создать белый шум, чтобы ничего не было понятно.

И комментарий Лукашенко тоже в этом русле — мол, ничего не понятно, ничего сказать не могу. Если он не знает, что в реальности произошло — это очень плохо. А если знает и не хочет говорить — наверное, еще хуже. Много лет Лукашенко удавалось сидеть на десяти стульях, быть одновременно соагрессором и руководителем страны, которая хочет дружить с соседями.

Сейчас — нет. Из-за его контактов с американцами ему уже до конца не доверяют русские, а украинцы, которые никогда ему не доверяли, просто молчали об этом, теперь публично говорят, что он им не партнер, а по большому счету противник.

С точки зрения борьбы в информационном пространстве сейчас ситуация такая, что то, что говорит Лукашенко, не имеет никакого значения. Потому что ему не верят, как я уже сказал, ни те, ни другие. Его попытка усидеть на нескольких стульях привела к тому, что он оказался между стульев.

Мошес отмечает, что в недавнем интервью «Аль-Арабия» Лукашенко сказал, что войну пора заканчивать.

— Он говорит об этом крайне осторожно. Этим он посылает сигналы всем потенциальным контрагентам и, прежде всего, Украине, Америке и Европе. Мол, он бы, конечно, хотел закончить войну, и надо, чтобы они с ним задружились, взяли под свое экономическое крыло и вообще повторили перезагрузку 2015 года.

И если Лукашенко говорит, что надо заканчивать войну, то Путин — нет. Российская позиция прежняя — война до победного конца, никакой дипломатии. Лукашенко считает, что надо договариваться — и если уж не всем со всеми, то хотя бы Западу с ним.

Думаю, это два информационных пласта, которые здесь так или иначе присутствуют. Но, на мой взгляд, эта кривая сейчас его никуда не выведет, потому что ему не верит никто.

По мнению эксперта, мы, скорее всего, никогда не узнаем, что на самом деле произошло 17 июня с беларуским автобусом в Брянской области.

— Мы до сих пор не знаем, кто взрывал дома в Москве в 1999 году, что в деталях произошло в Беслане. Мы не знаем очень многого. Могу допустить, что это провокация со стороны России, какой-то другой стороны или же логичное следствие массового применения дронов.

Хорошо было бы, как говорит Лукашенко, узнать истину. Но он прекрасно знает, что мы не узнаем, возможно, никогда. Когда руководитель его типа начинает говорить, что мы ждем, что нам расскажут правду — это серьезное изменение и подрыв его имиджа.

Если человек не знает, что творится в его стране, что происходит с гражданами его страны, когда они едут из Беларуси в Геленджик — это уже не Лукашенко. Вот Трамп не обязан знать, как из условной Атланты едут на отдых во Флориду. Там по-другому работает.

У Лукашенко безумное количество спецслужб — они что, не доложили? Он выбирает позицию, что ничего не знает, тем самым говоря, что его спецслужбы ни за чем не следят. Это уже не тот Лукашенко, которого мы знали.

А говоря про попытки втянуть Беларусь в войну, он создает новый и ложный нарратив, потому что Беларусь не надо втягивать в войну, она уже втянута. Он сам говорит, что Беларусь находится в состоянии войны с Украиной в качестве ближайшего союзника России.

Отсутствует только один компонент: непосредственное участие беларуских военных в боевых действиях, все остальные компоненты — налицо. Военное производство в интересах российской армии, использование российской армией территории и воздушного пространства Беларуси и т.д.

Лукашенко, заявляющий, что не надо Беларусь втягивать в войну, это человек, который с точки зрения международного права и здравого смысла, лжет.

Он пытается замаскировать ситуацию, создать картинку, которая на самом деле не соответствует действительности. И граждане Беларуси должны это понимать.