Шрайбман: «Скоро мы узнаем, способны ли силовики сбавить обороты, получив сигнал»

— То, как режим функционирует — это всегда шаг вперед и два назад. Сейчас это связано с тем, что власти вообще не говорят с Западом о репрессиях, — говорит Артем Шрайбман в выпуске Часики тикают.

Аналитик прокомментировал продолжающиеся репрессии и одновременно с этим освобождение политзаключенных, пропуск литовских фур, обмен с Польшей, в ходе которого на свободу вышел Анджей Почобут.

— Мы еще туда не дошли и решаем проблемы другого порядка — контрабанды, миграционного кризиса, политзаключенных (это связано, но это последствия репрессий), дипломатические хотелки беларуских властей. К вопросу преследования беларусов еще не пришли. Если ты беларуский силовик, то у тебя нет инструкции менять шарманку, и ты действуешь. Во многом это автопилот.

Политический аналитик считает, что при Лукашенко в стране никогда полностью не отменятся репрессии, однако правитель на протяжении последних 20 лет показывал, что может в ручном режиме повышать и понижать степень репрессивности.

— И мы скоро узнаем ответ на вопрос, способны ли сегодняшние силовики сбавить обороты, получив сигнал. Уверен, что да. Если какие-то силовики окажутся желающими продолжать и будет видно, что они не способны работать по-новому и мягче (а эта условная мягкость будет нужна, например, для американцев), то их легко сменить. Такое происходило и в истории режима Лукашенко, и в истории советского режима. Под новый этап — новую когорту.

Почему я склоняюсь к тому, что скоро они смогут смягчить репрессии? Потому что у американцев есть четкий фокус на один вопрос — освобождение политзаключенных в Беларуси. Такого фокуса у них больше нигде нет. В Венесуэле и Кубе освобождают иначе: кого-то выпускают с условиями, кого-то чуть ли не на домашнем аресте оставляют. Там это фоновый разговор. А в случае с Беларусью — главная тема.

Если большая сделка случается и Лукашенко едет к Трампу, то под эту встречу могут освободить политзаключенных. Дальше, если репрессии не смягчаются, то число политзаключенных снова идет вверх. Вот и все, простая арифметика. Если репрессии не прекратить, то ноль (политзаключенных в стране — С.) долго не продержится.